ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
Особое мнение
«Мы с Зеленским в полном контакте»: Путин про «Нормандию», разведение на Донбассе и поставки газа в Украину
  15 November 2019 15:30
|
  320

«Мы с Зеленским в полном контакте»: Путин про «Нормандию», разведение на Донбассе и поставки газа в Украину

«Мы с Зеленским в полном контакте»: Путин про «Нормандию», разведение на Донбассе и поставки газа в Украину

Разговоры о том, что лидеры стран «нормандской четверки» вот-вот встретятся, ведутся уже невесть сколько. Некоторые искренне недоумевают, другие – возмущаются, третьи вообще устали.

На самом деле тянет время только одна сторона – российская. И у Меркель, и у Макрона, и у Зеленского готовы к встрече по Донбассу с сентября, но у Кремля находятся все новые причины и ультиматумы, чтобы саммит отстрочить.

Примечательно, что позицию РФ по этому вопросу регулярно высказывают то помощник президента Владислав Сурков, то подконтрольный ему «политолог» Алексей Чеснаков, то глава МИД Сергей Лавров, то спикер Кремля Дмитрий Песков. Практически все, кроме Владимира Путина – того, кому собственно участвовать во встрече «нормандской четверки».

Сайт Кремля время от времени публиковал коммюнике по итогам международных переговоров, где обтекаемо оценивают перспективы встречи Зеленского, Меркель, Макрона и Путина, часто сопровождая ее прилагательными «возможная» и «вероятная». То есть международному сообществу продолжали пускать пыль в глаза, держа неуместную в этом случае интригу.

Но наконец-то Путин прервал молчание. Накануне вечером президент страны-агрессора ответил на вопросы журналистов по завершению саммита БРИКС, где прокомментировал предложение встретиться с Зеленским в Казахстане, перспективы «нормандского саммита», разведение сил и средств на Донбассе, резонансный закон об особом статусе Донбассе, а также предстоящие газовые переговоры между Украиной и РФ.

Ключевые заявления хозяина Кремля, которые касаются украинской тематики, в тексте «Черноморки».

О ВОЗМОЖНОСТИ ВСТРЕЧИ С ЗЕЛЕНСКИМ В КАЗАХСТАНЕ

«Первое – что касается инициативы Нурсултана Абишевича Назарбаева. Это очень уважаемый человек, у меня с ним очень близкие, дружеские отношения, он очень опытный политик. Кстати говоря, он долгое время, многие годы жил в Украине, и он хорошо знает эту страну и относится к ней с большой симпатией и все время мне транслирует это свое отношение к Украине. Поэтому здесь для меня ничего удивительного нет.

Но он всегда исходил из того, что Украина должна искать счастье не за морями. «За морем и телушка – полушка, но дорог перевоз», – знаете такую русскую пословицу? Так вот, не за морем, не за океаном нужно искать счастье, а со своими соседями договариваться. Тоже правильный подход.

Но дело в том, что сейчас о встрече до «нормандского формата» речи не идет, поскольку мы договорились о том, что будем встречаться в «нормандском формате». Но если уж будем встречаться, так чего же нам суетиться и бегать здесь на неподготовленные встречи? Я думаю, в этом никто не заинтересован: ни я, ни Президент Зеленский. Мы же должны выйти с каким-то результатом.

Так-то мы с ним в контакте, мы же разговариваем по телефону. Полный контакт есть, но нам нужно подойти к каким-то решениям».

О «НОРМАНДСКОМ» САММИТЕ

«В принципе, «нормандский формат» и встреча в «нормандском формате» возможна. Вообще, кроме «нормандского формата», другого механизма нет. Поэтому мы – когда я говорю «мы», я имею в виду Россию, то есть меня и моих коллег, МИД, наши соответствующие службы – мы за его сохранение.

Повторяю еще раз: ничего другого нет и не предвидится».

О РАЗВЕДЕНИИ СИЛ И СРЕДСТВ НА ДОНБАССЕ

«То, что произведено отведение сил в двух этих точках критических, – это хорошо, мы это приветствуем. Приветствуем как действия украинских властей, так и действия непризнанных (так называемых – ред.) «республик» (террористов «Л/ДНР» – ред.).

Правда, тут же (якобы – ред.) появляются какие-то двусмысленности. Мы видим заявления, например, министр, по-моему, иностранных дел Украины заявил о том, что Украина вообще может отказаться от Минских соглашений. Но это как? Мы что тогда будем обсуждать в «нормандском формате»? О чем там может идти тогда речь, я не очень понимаю. Это первое.

Второе. Мы видим заявления официальных лиц о том, что в зону, откуда уже отведены войска с тяжелым вооружением, могут вернуться и другие вооруженные формирования, и милиция (полиция – ред.), и Нацгвардия Украины. Тогда все то же самое будет сделано со стороны ополченцев (террористов – ред.) «ЛНР» и «ДНР». Нужно ли это, если уже войска ушли? Мне кажется, нет».

ПРО ЗАКОН ОБ ОСОБОМ СТАТУСЕ ДОНБАССА

«И, наконец, самое важное, и на это я бы хотел обратить и Ваше внимание, и всех коллег, которые здесь присутствуют, это абсолютно ключевой вопрос. Мы слышим тоже от первых лиц Украины о том, что может быть принят другой закон об особом статусе Донбасса. Какой? Ведь это абсолютно ключевая вещь. Если будет принято нечто такое, что не будет согласовано с (террористами – ред.) «ЛНР» и «ДНР», то тогда (якобы – ред.) все мгновенно зайдет в тупик.

Ведь весь смысл «формулы Штайнмайера», которая не несет никакого содержания и является просто инструментом принятия, имплементации закона об особом статусе после проведения муниципальных выборов, – там же ничего нет содержательного, это просто формула, причем такая, которая не в полной мере соответствует, кстати говоря, Минским соглашениям. Но мы пошли на это, это компромисс с нашей стороны, мы согласились, но только бы хоть что-то было, чтобы двигаться вперед. А зачем нужна эта формула, если не будет самого закона об особом статусе? Ведь формула нужна для имплементации этого закона.

И еще очень важное обстоятельство. 31 декабря заканчивается срок действия этого закона об особом статусе Донбасса. Если он не будет продлен…

Вообще-то когда-то европейские партнеры ставили вопрос и прямо просили Украину сделать этот закон бессрочным – не на год, не на два, не на три. И в свое время Порошенко согласился с этим и сказал: «Да, мы должны это сделать, и мы это сделаем». Так ничего и не сделал.

31-го истекает срок. Дальше что? Что мы будем обсуждать в «нормандском формате»? Это вообще ключевой вопрос.

Но в целом что-то, конечно, делается. Вот, разведение в двух местах. Но там, Вы понимаете, по всей линии надо разводить. Надо развести по всей линии так, чтобы хотя бы пушки не стреляли, чтобы люди не гибли. Это точно надо сделать, и как можно быстрее».

ПРО ГАЗОВЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ С УКРАИНОЙ

«Что касается переговоров с Украиной, есть такие угрозы или нет по поводу прекращения транзита. Мы уже много раз говорили: мы готовы работать с Украиной и по транзиту нашего газа в Европу, и по поставкам в саму Украину, причем по ценам ниже тех, по которым Украина получает российский же газ, но как бы по реверсу со стороны Европы.

Хочу, чтобы всем было понятно: невозможен никакой реверс. Газ не может в полтрубы течь в одну сторону, а в полтрубы – в другую. Чушь это, понимаете, «сапоги всмятку». Это нереально абсолютно. Мы знаем, как это технологически делается: [газ] заходит, потом лупинг такой сделали, обходную трубу, и назад его качают. Или прямо качают…

Технологически ведь как выстроена труба? Это же советская труба: вот она идет транзитная, а от нее ответвления на всю территорию Украины. Там засчитывают, а потом пересчитывают, что как будто это из Европы пришло.

Это ерунда просто, мы это прекрасно понимаем. Мы просто не шумим по этому поводу, чтобы уже не обострять ситуацию. Но мы же говорили о том, что, если напрямую будем поставлять, мы готовы даже снизить цену до 20 и даже до 25 процентов.

Что мы сейчас видим, что происходит в реалиях? Опять «Нафтогаз» предъявил очередной иск в суде на шесть с лишним миллиардов. Бред какой-то, просто обостряют ситуацию. Зачем? Мы же говорим: мы готовы, причем при сопровождении Еврокомиссии, достичь любых соглашений.

Украина хочет по украинским законам это отрегулировать – пожалуйста, мы готовы. Украина хочет отрегулировать по европейским законам, она взяла на себя обязательство принять европейское законодательство – мы готовы, пожалуйста. Мы и в Еврокомиссии об этом сказали, и я сказал это своим коллегам и во Франции, и в Германии. Если Украина успеет имплементировать у себя законодательство европейских стран – пожалуйста. Там это связано с разделом генерирующих компаний и транзитирующих. Смогут они это сделать в оставшийся период времени – хорошо. Они взяли на себя обязательство перед Европой, не перед нами, пусть делают, мы готовы и к этому.

Но это не все от нас зависит. Поэтому риск прекращения транзита существует, наверное, с учетом тех обстоятельств, о которых я сказал».

Читайте «Черноморку» в Telegram и Facebook

© Черноморская телерадиокомпания, 2019Все права защищены