Вчерашний десантник: Вернуться в мирную жизнь и менять ее к лучшему

  • 16:39
  • 03 Декабря 2018
  • , 70
Вчерашний десантник: Вернуться в мирную жизнь и менять ее к лучшему

На своих армейских фотографиях Александр Погребиский еще в голубом берете. «Ніхто, крім нас!» – девиз ВДВ был и остается для него, возможно, главным мотиватором в мирной жизни.

Больше года назад, 21 ноября, в День Архистратига Михаила, высокомобильные десантные войска Вооружённых Сил Украины стали называться Десантно-штурмовыми. Голубые береты были сменены на темно-бордовые – маруновые. И сержант 95-й отдельной десантно-штурмовой бригады аэромобильных войск Александр Погребиский призывает своих коллег-десантников уважать старый (2 августа) и новый (21 ноября) праздники, ценить и голубые, и маруновые береты. Потому что у каждого десантника в нашей стране – своя очень непростая история.

Когда на востоке Украины началась война, все мужчины семьи Погребиских решили идти защищать родину. Но старшие – отец и дядя, – младшего не пустили. У Александра была хорошая работа – инженер-землеустроитель в частной фирме. До этого – учеба в Киевском строительном университете. И каждый призыв в армию он «честно» откашивал. В 2014-м, когда отец получил контузию, а дядя был ранен, Александр помчался в Харьковский военный госпиталь – проведать, помочь. Именно там и началось волонтерство.

Целый год – доставка самого необходимого на восток, не только военным, но и гражданским. Понятно, что Александр помогал батальону, где служили отец и дядя. А потом – десантникам 80-й и 25-й бригад. Ведь в 2014-м именно десантники участвовали в самых тяжелых боях.

Но в августе 2015-го Александр понял, что надо идти служить, как хотел год назад. Куда? Конечно, 95-я отдельная аеромобильная (тогда еще) бригада, ведь именно там служили отец и дядя. Все документы были собраны, и в начале сентября 2015-го Александр Погребиский прибыл в Славянск.

«Никакого военного опыта, кроме романтики советских фильмов о десантниках». Взрослый, сформировавшийся, самодостаточный человек с высшим образованием стал солдатом. Александр говорит простые и довольно банальные вещи, – так может показаться сначала. Но он это пережил и прошел, он бы без этого на войне не выжил.

DSC_6725

«Прежде всего, служба в армии воспитывает характер. Что касается десантно-штурмовых войск, то там воспитывается не просто характер, а особые его черты – идти до конца, не взирая ни на что, своих товарищей не бросать в беде, выполнять поставленные задачи несмотря на погодные условия, желание-нежелание, трудности и т.п. «Я устал, я не могу» – вообще не существует.

Но поначалу меня в армии некоторые вещи смущали, – признается Александр. – Я добровольно пошел служить, был взрослым, имел высшее образование, добился некоторых успехов в жизни, но мне нужно было спрашивать разрешение на элементарные вещи у командира, который лет на шесть-семь младше меня. И это не гордость, это непривычно. На какое-то время эта ситуация повергала меня в такие микро-шоки. Но ты вынужден с этим мириться. Ведь в армию я пошел отдать долг своей стране, это была моя конституционная обязанность, пришло время это сделать. Мы стали другие, и если требуем от органов государственной власти быть честными, то и сами должны быть честны.

И я стал учиться воевать. Учитывая, что все подразделения были тогда в зоне АТО, я четко понимал, что туда поеду. Моя военная специальность – гранатометчик. Пришел на должность помощника гранатометчика, а уволился из армии – главным сержантом, заместителем командира гранатометного взвода. А поскольку командира не было, то исполнял обязанности командира взвода».

Странно, как можно за год отвыкнуть от того, что делал изо дня в день много лет? «Сложно возвращаться к мирной жизни потому, что служба в армии, на войне – это совершенно другой мир, – говорит Александр. – Приходя с гражданки туда, стараешься перестроиться под те принципы и правила, которые там приняты, тратишь на это какое-то время, и становишься солдатом. И круг твоих обязанностей другой – мирный быт отступает в тень, и довольно быстро отвыкаешь от привычных забот. Новая жизнь – остро видеть, слышать, понимать обстановку, знать, как реагировать, потому что цена ошибок – это твоя жизнь и жизнь тех людей, которые тебя окружают. И ты находишься в этом состояние постоянно. У тебя меняется восприятие реальности…

Где-то полгода после возвращения домой я не понимал, чем заниматься, что делать. И что интересно, я застал еще 6-7 волну мобилизованных, когда они уходили на гражданку. Я им всегда советовал: очень быстро найти себе занятие. Не важно, каким оно будет. Если раньше они думали, что найдут работу только по специальности и чтобы только такая зарплата, то я им говорил на такие критерии внимание не обращать, а просто сразу занять себя чем-то.

«Ты никому не нужен» – это первое, с чем сталкиваются люди, которые приходят с войны. До армии мой телефон был раскален. А вернулся – почти не звонит. Сам набирал друзей. Они заняты – работа, семья… Я сам попал в ситуацию, о которой говорил ребятам. Знал, что некоторые не справляются с мирной жизнью – начинают пить, кто-то замыкается в себе… Но если ты занят, нашел хоть какую-то работу, то со временем понимаешь, что нужен сначала товарищам по работе, потом этой компании, потом обществу. И есть множество организаций, которые могут помочь – как психологически, так и в подборе работы и обучению».

DSC_6730

Как человек системный и обстоятельный, Александр Погребиский хотел не просто работать, а делать что-то полезное и конкретное. И тут помогло знакомство с Юрием Бирюковым – советником Президента и помощником Министра обороны. В самом начале войны они вместе помогали армии. И Юрий сказал, что формируется группа для реализации громадного проекта. Нужны люди со строительным образованием и опытом.

Минобороны в этом году собирается реализовать самый масштабный за всю историю независимости Украины жилищный проект. В 2018 году военному ведомству из госбюджета выделено более 4 миллиардов гривен, из которых большая часть пойдет на строительство, реконструкцию и капитальный ремонт военных объектов в 21 области страны. В связи с этим была разработана программа строительства 184 казарм улучшенной планировки и жилых комплексов, на которую выделено 2,63 миллиарда. В случае ее успешной реализации через семь месяцев 23 тысячи контрактников ВСУ улучшат свои жилищные условия.

И Александр Погребиский стал менеджером проекта по созданию казарм.

«У нас небольшая группа: Дарина Недозим – дизайнер, Василий Зернецкий, он осуществляет технадзор, Руслан Калайда – работал в проекте офиса реформ, а теперь помогает налаживать систему отчетности и всего, что касается компьютерного сопровождения. Ну, и я возглавил все это движение.

Понятно, что за семь месяцев такую работу не выполнить. Одну казарму мы уже презентовали Президенту. Ее уже должны подключить к инженерным сетям, и она сможет принять 125 контрактников. До нашего захода в проект там было 120 мест, но мы нашли возможность еще пять человек расселить в этом здании.

Раньше контрактник, срочник, все жили в одинаковых условиях – советская казарма – громадная комната с большим проходом, который военнослужащие называют «взлеткой» или «ЦП», двухэтажные металлические кровати с панцерными сетками, ватные матрацы, одеяла, которые отбиваются линеечками, общий душ, общий туалет с кабинками (все, кто служил, отлично понимает, о чем я). Личного пространства нет, все – максимально общее. Да, простые деревянные тумбочки и общий шкаф с амуницией.

DSC_6757

Новая казарма – совершенно другой подход к проживанию контрактников. Система блочного типа. Кто жил в общежитии, примерно поймет о чем идет речь. Два туалета на один блок, три умывальника, отдельно – душевая, рассчитанная максимально на 10 человек. То есть в одной комнате живет 5 человек, а может и меньше. Мы стремимся к тому, чтобы через год строить такие казармы, чтобы в одной комнате жило три-четыре человека. Там есть кухня с микроволновой печью, духовка отдельно, плита индукционная, а холодильники – отдельно в каждом блоке. Это то, с чем казармы будут сдаваться в эксплуатацию. В каждой комнате есть рабочее пространство – стол, стулья, есть возможность поставить телевизор и даже кондиционер, если сами ребята захотят. Конечно, кровати и тумбочки. Но они выше, удобнее – сверху можно хранить книги, а внутрь складывать, например, постельное белье. Есть шкаф для одежды и обуви. Отдельно – постирочная, куда будут закупаться стиральные и сушильные машины.

Одна из причин, почему мы не можем сдать больше казарм до конца этого года – острая нехватка квалифицированных рабочих. С весны по осень – уезжают на заработки за границу. При этом масса ребят, уволившихся из армии, имеют гражданскую специальность, связанную со строительством. Но мы не можем решать, кого берут на работу подрядчики. В наших стройках принимала участие Государственная служба транспорта. Сейчас из Министерства инфраструктуры ее передали в Минобороны. Это военные строители. И я приветствую создание строительной структуры в Минобороны, которая сможет реализовывать строительство инфраструктуры для военных».

Автор: Елена Шарпанская
Фото: Эдуард Крижановский