ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
Блоги
Разговоры на кухне, или Нация в походе
  28 November 2019 14:18
|
  142

Разговоры на кухне, или Нация в походе

Разговоры на кухне, или Нация в походе

Порывы ветра натужно выли и стучали чем-то на улице. Ветер – это хорошо. Во-первых, он сбивает пристрелку. Во-вторых, несколько труднее удержать в нужном секторе беспилотник. Ну и в-третьих, если слышен ветер – значит, не гремит и не свистит в воздухе ничего такого, из-за чего людям обычно становится не до природных погодных условий …

Какой-то взвод какой-то роты н-ного батальона 28 отдельной механизированной бригады Сухопутных войск Вооруженных Сил Украины. Кажется, так пишут об этих людях в документах. Или же просто: большая, но очень сплоченная семья. Не у высоко-пафосном смысле этого слова, а в наиболее что ни на есть прямом.

Люди разного возраста, с очень разным опытом, но почти одинаковой теплой улыбкой на лице и сдержанной серьезностью на лице. Уже закипел чайник, уже разлиты по таким же разнокалиберным и разноцветным кружкам кофе и чай и, как водится в семье, продолжаются вечерние разговоры на кухне. Можно легко забыть, что «кухня» находится совсем не далеко от врага, и еще ближе к линии огня.

Кирилл немного обижается, когда его беззлобно называют малым. Ведь парню уже полных 18 лет. И то, что он самый молодой в подразделении, ничего не значит. Все дружно, включая самого Кирилла, смеются.

– Увидел девушек в городе, а они его, – рассказывает сержант. – Глазами стреляют. А малый уже в освобождение просится. И они же еще совсем дети, – говорю. – Посмотри, лет 18 максимум.
– Да ему же в самый раз, – вызывает еще одну волну смеха меткое замечание бойца, который стоит рядом.
– Кирилл, сразу после школы в армию пошел? – спрашиваю.
– Нет, заключил контракт после училища.
– А почему сюда? Не хотел в спокойное место?
– В спокойном – это не служба. По крайней мере, сейчас.
– И не страшно?
– Всем страшно. Но работу надо делать, – и зажигательный обычно взгляд юноши в этот момент выдает, насколько он взрослее своих сверстников по студенческим партам.

«Страшно всем, но работу делать надо», – эту фразу я сегодня слышу в ответ на поставленный вопрос уже, наверное, в десятый раз. И каждый раз едва заметные изменения в интонации выдают часть из того, что скрывается под простым банальным словом «работа». Ездить и бегать в зоне обстрела противника или под огнем, высматривать возможного врага, тщательно обследуя против солнца дня горизонт или ночную тьму, мерзнуть и мокнуть на пронизывающем ветру, который сейчас бушует за окном и в конце концов (куда же без этого) – стрелять. И это уже не говоря о множестве вопросов обустройства безопасности и быта. И даже работая с лопатой или гаечным ключом на морозе, никто ни от чего не застрахован. Но «работой» называют здесь, как и во многих других местах линии фронта, не работу, а войну. Бой.

Эти люди хорошо понимают, где они, что делают и для чего. Прекрасно осознают риски. Ведь заехали не первый раз. Вот и старшина, который кажется старше своих лет из-за тщательно подстриженной черной бороды. На первый взгляд. А может, на самом деле не из-за бороды? А потому, что защищает независимость Украины с оружием в руках с 2014-го года? ..

Я здесь какой-то час. Еще не изучил их имен или даже позывных. Воображение сразу проводит параллель с образами холоднояровских атаманов 1921. Тот же враг, та же цель. Но главное – та же самая сила, которая чувствуется на расстоянии с простыми обыденными фразами, обманчиво добавляет возраста и веса во всем. Собственно, а почему обманчиво? Образы персонажей Юрия Шахид-Горского и Романа Коваля сразу оживают перед глазами. Бригада имени рыцарей Зимнего похода. Что-то в этом есть…
– Жарко сейчас?
– По-разному бывает. Раз на раз не приходится. Вообще, в последнее время враг кроет Марьинку часто. Тяжелой артиллерией тоже.
– Как настроение?
– Нормально. Все под контролем
– Что делать в случае, если, и какое «если» здесь может случиться?
– Если артиллерия – прятаться в подвал. Если пехота – отстреливаться у нас, в принципе, есть кому.
– Враг там? – показываю направление, чтобы как-то проверить правильность системы координат в своем воображении. Запутаться при таком типе застройки совсем не трудно.
– Да.

В любой семье должна быть мать. Здесь это представитель медицинской профессии. Она не только защищает маленький боевой коллектив (к счастью, и дай Бог, чтобы так было и дальше) от гриппов и простуд, но, как водится, и подруга, и психолог, и душа общества, без которой представить себе атмосферу на этой кухне трудно .

– У меня дочь и младший сын любят конный спорт, брали призовые места на соревнованиях.

Снаружи заходят трое мужчин и «разговор на кухне» переходит в чисто деловой режим. Пневматика, оптика, гидравлика, механика. В какой-то машине необходимо что-то подремонтировать, в другой – отрегулировать. Кто-то шутит о «слишком много информации на ночь». Но вполне понятно, что ребята знают свою технику идеально, любят ее и заботятся о ней. Неудивительно, ведь на войне техника и оружие – это жизнь. Чего стоит поддержание в идеальном состоянии тяжелого железа, когда на улице ниже нуля, а осатаневший ветер за окном завывает и стучит чем-то тяжелым, – даже не хочется представлять.

Считается, что война – это концентрация ненависти и злости. Но на самом деле оборону держат с искренностью и любовью. Любовью врача ко всему живому, начиная от ребят и заканчивая собачками и котиками, без которых невозможно представить себе ни одно подразделение на передовой. Любовью механиков и наводчиков к своей технике. Ведь невозможно настолько досконально знать то, что тебе не нравится, и чем ты не интересуешься. Любовью к своему делу. И чрезвычайной искренностью в пожеланиях в адрес врага: сдохнуть или уйти из Украины, чтобы, наконец, можно было вернуться к той жизни, которая день за днем ​​проходит мимо. Для кого-то второй, третий, пятый месяц подряд. Для кого-то – второй, третий, пятый год …

Проходит каких-то пару часов. За окном ночь, хотя собственно помещение не имеет окон, и об этом говорят только часы на руке. На той же «кухне» стараюсь собрать свои мысли и события сегодняшнего дня. Под стук клавиатуры не замечаю, как заходит Кирилл.

– Не любишь ты мелких калибров, – улыбаюсь, глядя на 7,62-миллиметровый АКМC в его руках.
– Что выдали – то и ношу. Он тяжелее 74-го, но в наших условиях лучше. Патрон 5,45 лучше в помещении.
– Почему?
– Рикошетит хорошо.
– Ты в наряд?
– Да. На пост.

Хорошо подогнанная экипировка и тщательно продуманное размещение элементов снаряжения четко говорит о том, что Кирилл в практике военного дела не новичок.

– Разбуди, как придешь. Сделаем фото.
– Разбудить, среди ночи?
– Я быстро засыпаю.
– Снимать ребят перед выходом не хочется. Лучше после.

Обращаю внимание на знакомые четки-оберег в лентах системы Молли на плитоносце.

– Это еще с 14-го. После Майдана. Тогда волонтеры раздавали их …

К Кириллу присоединяется его напарник, и они выходят в темную, непроглядную ночь. С опозданием осознаю, что парню в 2014 году было всего тринадцать …

Несколько взрывов прерывают работу. Захожу в помещение для отдыха. Евгений, старший прапорщик, главный здесь, не спит.

– Не волнуйтесь. Это нормально. Если что – я скажу.
– Ребята точно дойдут без проблем?
– Да. Конечно, – через минуту радиообмен подтверждает его слова. Обыденно и по-деловому. Продолжается еще одна фронтовая ночь людей, которые держат на своих плечах небо над головами друзей.

Юмор и профессионализм, напускная легкость и внутренняя собранность, теплая вежливая корректность, душевная открытость и готовность жестко пресечь действия врага, совсем юный парень и украинская семья, которая, оставив спортивные и творческие достижения, домашнее хозяйство, почти в полном составе отправилась на фронт. Разговоры на кухне или мобилизованная враждебным нашествием нация в походе. Маленькая частичка Украины. Талантливых трудолюбивых людей, у которых все было хорошо и все удавалось, которых беда заставила одеть униформу. Им и сейчас все удается, ведь таланта хватает. Ведь Вооруженные Силы здесь, на передовой, – это и есть народ в миниатюре, со всеми его особенностями. Народ, жил бы себе с любовью к делу и окружающему миру, если бы вдруг в 2014 году российские оккупанты не посягнули на святое. Народ, после болезненных потерь почувствовал пьянящий вкус победы, получил уверенность и интуицию, характерные для лучших военных профессионалов мира.

Глядя на этих людей, понимаешь, что они действительно способны и вернут мирное небо над украинским Донбассом и сине-желтые флаги над Крымом. Ведь мы, все вместе, независимо от возраста, места рождения, довоенной профессии, сегодняшних задач и специальностей – Ваша Армия. И пока вы в нас верите – мы непобедимы!

P.S. Кирилл же пожалел меня будить, и сфотографировать воина удалось лишь утром.

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Читайте «Черноморку» в Telegram и Facebook

Фото автора 

© Черноморская телерадиокомпания, 2019Все права защищены