ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
ДЕНЬ ОККУПАЦИИ:
2
1
1
4
Блоги
Донбасс и Сандармох: по следам массовой казни
  26 November 2019 17:10
|
  196

Донбасс и Сандармох: по следам массовой казни

Донбасс и Сандармох: по следам массовой казни

Очень субъективное антропологическое наблюдение: почему-то все, кто заводит речь о том, «как хорошо жилось в Советском союзе», о «путевке на море каждой уборщице», «бесплатном образовании» и «вкусном мороженом, не то, что сейчас», начинают лишь молча хлопать ресницами на мои вопросы о том, как они относятся к расстрелянным в 37-м, карательной психиатрии, Голодомору. И ни один из них не смог ответить, что значит слово «Сандармох». Ни один. Поразительно, правда?

И приходится рассказывать про лесное урочище в далекой Карелии, в котором встретили смерть около 10 тысяч (вряд ли кто-то возьмется назвать точную цифру) людей самых разных национальностей. Но украинцев там полегло особенно много. В частности, именно там осенью 1937 года расстреляли соловецкий этап с известными украинскими писателями, учеными, деятелями культуры: В. Пидмогильного, Л. Курбаса, Н. Зерова, А. Крушельницкого, Н. Кулиша, М. Воронного, Г. Эпика, В. Полищука, А. Слисаренко и многих других. Всего в результате этой массовой казни было убито 1111 человек. За неделю. Это был один из этапов борьбы Сталина с возможной оппозицией. Поэтому среди жертв этой кровавой расправы были в первую очередь интеллигенты и люди, способные противостоять режиму. К слову, руководил расстрелом и лично стрелял в затылки ни в чем неповинных писателей и ученых некий чекист Михаил Матвеев – россиянин с двумя классами образования. Профессией которого было убивать. Он убил лично несколько тысяч человек, многих – после пыток. За «усердность» советская власть наградила его Золотой звездой Героя СССР. Но сейчас не о нем.

Массовые захоронения в Сандармохе нашли лишь в 1997 году – спустя 60 лет после этого невероятного по своим масштабам массового убийства. Затем начались многолетние исследования, которые существенно притормозились после прихода к власти Путина. Ведь правозащитников, исследовавших историю этого преступления, вдруг начали арестовывать, обвиняя их в растлении собственных детей, изготовлении порнографии и прочих более чем сомнительных обвинениях. Но, несмотря на все это, список расстрелянных на протяжении 27 октября – 4 ноября 1937, узников того самого соловецкого этапа, установить удалось полностью.

Среди расстрелянных в Сандармохе – люди, так или иначе связанные с Донбассом. Большинство из них были молодыми (самому старшему – 41 год на момент смерти), имели высшее образование, иногда – ученую степень, и состояли в компартии либо ВЛКСМ. Все они осуждены по сфабрикованным и наспех скроенным полуграмотными НКВДистами делам. Позже, уже после смерти Сталина, их реабилитировали.

Далее о некоторых из погибших.

4 ноября в Сандармохе расстреляли ученого Михаила Сидоровича Баранника. Он родился в тогда еще не промышленном городе, а небольшом поселке Авдеевка в 1900 году. В 18 лет вошел в ряды Красной армии, где прослужил до 1923 года. Потом – два года был агентом уголовного розыска в Лисичанске. Имел высшее образование, на момент ареста – доцент советского права и работал проректором Всесоюзного коммунистического сельскохозяйственного университета им. Сталина в Ленинграде. Был членом ВКП (б) с 1925 года.

Его задержали в 1936 году и осудили по знаменитой 58-й статье – «контрреволюционная деятельность». Именно по ней сажали большинство политзаключенных и «врагов народа». Изначально Бараннику присудили 10 лет лишения свободы в Соловецком лагере. Но позже приговор пересмотрели. Информации о том, чем именно не угодил «советам» Баранник найти не удалось. На момент расстрела ему было всего 37 лет. Реабилитировала Михаила Баранника Архангельская прокуратура аж в 1989 году.

В тот же день, 4 ноября, в Сандармохе расстреляли его землячку – Екатерину Павловну Гусакову, родом из Рыково (ныне – Енакиево Донецкой области). Еврейка по национальности, она окончила Институт народного хозяйства, была юристом-экономистом. Состояла в ВЛКСМ. Жила и работала в Харькове, где ее арестовали в 1928 году за якобы принадлежность к «троцкистам». Выслана в город Курган на три года. На тот момент ей было 23 года.

Оттуда девушка сбежала, жила в городе Чердынь, где была арестована второй раз в 1932 году и опять приговорена к трем годам ссылки, но теперь уже в Среднюю Азию.

С 1934 года Екатерина Гусакова жила в Самарканде (Узбекистан), работала секретарем юридического бюро конторы Заготзерно. Там ее опять арестовали, только на этот раз обвинили в организации «троцкистско-зиновьевской контрреволюционной организации». Особым совещанием при НКВД СССР осуждена на 5 лет в лагерях.

Когда Гусакова уже отбывала наказание, «по вновь открывшимся обстоятельствам», ее дело пересматривают: в этот раз Гусакова получает 10 лет с конфискацией по все той же 58 статье. Когда Гусакова уже находилась на Соловках, в табпункте Муксалма, ее дело в очередной раз попадает в руки чекистам. На этот раз ее приговаривают к расстрелу.

Реабилитировали Гусакову, как и Баранника, в 1989 году прокуратурой Харьковской области.

Третий, убитый в Сандармохе уроженец Донбасса – Федор Дорофеевич Загоруйко. Украинец родился в Макеевке в 1906 году. Окончил Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта. После получения диплома работал инженером в Ленинграде. Как и Гусакова, был членом ВЛКСМ. Обвинялся в участии в «троцкистско-зиновьевской организации», которая якобы находилась в его родном институте. Был арестован в декабре 1936 и приговорен к 8 годам заключения. Отбывал наказание на Соловках. 1 ноября 1937 года его расстреляли. Но, в отличие от Баранника и Гусаковой, был реабилитирован в 1956 году.

Еще меньше информации сохранилось о Генрихе Генриховиче Кремзере – уроженце Бахмутского уезда Донецкой области. Известно, что Кремзер был этническим немцем, беспартийным, работал в Луганске на патроном заводе. Приговор о расстреле Кремзера датирован 1932 годом, но высшую меру ему заменили на 10 лет лишения свободы. Однако в октябре Особая тройка повторно приговорила его в расстрелу. Генриха Кремзера убили 1 ноября 1937 года.

Также среди расстрелянных в Сандармохе были уроженцы Луганска. В частности, Василий Петрович Синяев. Он родился в 1902 году в Луганске. Работал техническим руководителем Областного управления мер и весов в Одессе. Там же был арестован по подозрению в шпионаже. В 1935 году – осужден на 5 лет лишения свободы в исправительно-трудовом лагере. Расстрелян 1 ноября. Реабилитирован.

Более-менее понятно, за что был расстрелян уроженец Луганска Борис Тихонович Скубко. Украинец, член партии социалистов-революционеров, после революции 1917 года, он присоединяется к армии УНР. После ее поражения эмигрировал в Чехословакию, жил в Праге. Позже вернулся в СССР, поселился на Кубани. Естественно, тоталитарный режим в разгар сталинских репрессий не мог простить Скубко войну за независимость Украины. Поэтому в 1933 году его приговаривают к 10 годам заключения по все той же 58 статье. Расстрелян 3 ноября, затем реабилитирован. На момент убийства ему было 40 лет.

Еще один представитель научной интеллигенции, попавший в жернова сталинской тоталитарной машины, – уроженец Луганска Григорий Юрьев. С 1917 года – член ВКП (б). Юрьев был специалистом по западноевропейской литературе, занимался исследованиями, читал лекции. На момент ареста жил в Ленинграде, работал научным сотрудником и был докторантом Института российской литературы АН СССР. Арестован по обвинению в участии во все той же «троцкистско-зиновьевской организации» в 1936 году, приговорен к 10 годам заключения. Расстрелян 4 ноября в возрасте 38 лет. Реабилитирован в 1956 году.

Третьим луганчанином, убитым в Сандармохе, был Семен Прокофьевич Бондаренко, который в некоторых документах указан как Федор Андреевич Бухарин.

Бондаренко родился в 1896 году. Работал токарем на заводе «Российский Провиданс» в Мариуполе. С 1917 году он, как и многие жертвы режима, был членом ВКП (б). Впервые осужден в 1929 на три года, но во время переезда в политизолятор сумел сбежать. Прятался в Ленинграде, именно там ему удалось раздобыть документы на имя Федора Бухарина, по которым он жил до нового ареста в 1930 году. По тем же политическим статьям был осужден на 10 лет. Расстрелян 3 ноября.

Также выходцем из Луганской области был расстрелянный 3 ноября Александр Фомич Кимарский. Он родился в Алчевске в 1905 или 1906 году. Опять-таки, был членом ВКП (б). Работал инженером по технормированию Управления театрального строительства. Был арестован в Харькове за «контрреволюционную троцкистскую деятельность» в 1929 году и приговорен к трем годам заключения. Но позже, вместо тюрьмы, был выслан в Вятскую губернию. Через 5 месяцев после ареста – досрочно освобожден. Казалось, опасность позади, но в 1935 году НКВД опять арестовывают Кимарского. На этот раз его обвиняют в антисоветской агитации и в участии в контрреволюционной организации. Вновь приговаривают к трем годам лагерей.

Расстрельный приговор Кимарского был подписан за месяц до убийства. Его реабилитировали дважды: впервые – Харьковским областным судом в апреле 1960-го, еще через 33 года вспомнят о его первой судимости – ее погасят аж в августе 1993 года.

Среди уроженцев Донбасса самой таинственной фигурой остается Григорий Николаевич Клыков. Согласно документам НКВД, он родился в районе Горловки в 1897 году. Был осужден в 1933 год, отбывал наказание в Вайгаче, участвовал в вооруженном побеге во время командировки Управления Соловецкого лагеря принудительных работ особого назначения. После этого его приговорили к расстрелу, который заменили на 10 лет работы. После неудачной попытки побега все время на Соловках провел в штрафизоляторе. Расстрелян в первый день расправы – 27 октября. Григорий Клыков – единственный, о ком нет информации о посмертной реабилитации.

Кроме уроженцев региона, в Сандармохе были убиты многие другие, чья жизнь была связана с Донбассом. Это Григорий Котляревский, педагог, который возглавлял общество «Просвита» в Славянске. Даже на Соловках он, будучи интеллигентом, возглавил лагерную библиотеку. Это выпускник Венского и Львовского университетов, офицер УГА, ученый и педагог Николай Кузняк, который был арестован будучи профессором и директором Института педагогического образования в Мариуполе. Это белорус –бурильщик шахты в Сорокино (раньше – Краснодон) Стефан Мазуров, которого обвинили в «антисоветской пропаганде»…

Сандармох – это одна из трагедий в истории Украины. Это неделя, за которую физически уничтожили цвет украинской интеллигенции и тех, кто мог противостоять и сопротивляться. 1111 невинных, которые стали жертвами паранойи «вождя народов». Сколько еще таких было замордовано в советских лагерях, которые не многим уступали нацистским? И какими были бы Донбасс и остальная Украина, если бы не было Сандармоха?

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.
Читайте «Черноморку» в Telegram и Facebook

© Черноморская телерадиокомпания, 2019Все права защищены